Роман Фёдора Михайловича Достоевского «Бесы» был отвергнут современниками, изуродован цензорами, имел очень непростую судьбу, но до сих пор воспринимается актуально не только в России, но и в других странах мира. Этим романом Достоевского вдохновлялись не только французские экзистенциалисты, но и такие представители неевропейской культуры, как Акутагава Рюноскэ, которого называют японским Достоевским, и Рабиндранат Тагор. Действие его романа «Дом и мир», написанного в 1916 году, происходит на фоне подпольного революционного движения в Бенгалии и имеет значительное сходство с «Бесами».
Опубликованный в журнале «Русский вестник» в 1871–1872 годах, роман «Бесы» подвергся жесточайшей критике, из него была изъята центральная, стержневая глава, которая слишком шокировала издателя. Критики не скупились на отрицательные отзывы и называли роман литературным уродом, случаем мрачного помешательства, скотным двором Авгия, мистическим бредом. После Октябрьской революции 1917 года, когда стал очевиден пророческий характер книги, роман заклеймили как умышленное извращение революции, Ленин называл его самым позорным местом из всего творческого наследия Достоевского. Существовал даже анекдот, что в первые годы Советской власти прозвучало предложение выбить надпись на памятнике писателю: «Достоевскому – от благодарных бесов». Пророческий характер этого произведения подчёркивает то мистическое совпадение, отмеченное многими исследователями, что Достоевский начал писать роман в год рождения Ленина.
В 30-е годы ХХ века была предпринята поддержанная Максимом Горьким попытка издать роман, но вышел только первый том, после чего и он был изъят из продажи и уничтожен, а инициаторы этого издания и авторы предисловия и комментариев были репрессированы. Это издание стало одной из главных букинистических легенд России, поскольку упорно ходили слухи, что несколько экземпляров удалось спасти. Впервые в советское время роман «Бесы» был издан в 1957 году в составе собрания сочинений Достоевского, а отдельные издания романа начали выходить только после перестройки.
Роман «Бесы» входит в так называемое Пятикнижие главных романов Достоевского, названное так по аналогии с Пятикнижием Моисея. Эти пять книг – «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Подросток» и «Братья Карамазовы» – выдающийся православный философ Василий Розанов назвал русской религиозной эпопеей.
Идея «Бесов» возникла у Достоевского под влиянием его размышлений о нравственных метаниях русского человека, об утрате веры и появлении радикальных движений в России. Первые подступы к роману носили условные названия «Атеизм» и «Житие великого грешника», которые указывают на то, что писателя волновали проблемы религиозной и нравственной деградации, которую он со страхом констатировал в общественных настроениях, особенно среди молодёжи. Однако планы Достоевского изменяются, когда он читает в газетах о зверском убийстве студента Иванова, которого к тому же лично знал брат его жены. Это убийство было совершено революционным активистом Сергеем Нечаевым, лидером террористической организации «Народная расправа». В «Катехизисе революционера», уставе этой радикальной организации, впервые была сформулирована программа террористической деятельности, предполагающей значительные человеческие жертвы и направленной на достижение светлого будущего человечества. Нечаев, чьё дело имело большой резонанс в русском обществе, становится прообразом одного из главных героев романа – Петра Верховенского, решившего убить своего усомнившегося адепта, Ивана Шатова, который разуверился в радикальных методах и собирался покинуть кружок. Прообразом Шатова был убитый студент Иванов. Пролитой кровью отступника Пётр Верховенский собирается связать остальных своих последователей, укрепить собственную власть над ними и сплотить ячейку. В речах Петра Верховенского можно различить идеи «преступления по совести», совершаемого ради великой цели, которые Достоевский вложил в уста Раскольникова, героя романа «Преступление и наказание», о котором мы с вами говорили в прошлый раз.
Однако в таком виде роман не складывался, и Достоевский уничтожает огромную часть написанного материала, который его не удовлетворяет. Фигура Петра Верховенского, соединяющего в своём образе черты Базарова и Хлестакова, выходит чрезмерно карикатурной. Циник и кривляка, Пётр Верховенский выглядит мелким бесёнком, восторженно проповедующим разрушение ради разрушения. На первый план выходит другая, более сильная и выразительная фигура, которой Достоевский одно время даже собирался посвятить отдельный роман, – Николай Ставрогин. Если с историческим прототипом Петра Верховенского всё ясно – он вдохновлён в основном образом террориста Нечаева, то Ставрогин значительно более сложный характер. В его образе просматриваются черты теоретика анархизма Михаила Бакунина, но также и вольнодумца Николая Спешнева, одного из членов кружка петрашевцев, которого Достоевский называл «мой Мефистофель». Рядом со Ставрогиным Пётр Верховенский выглядит не только балаганным Петрушкой, но и евангельским Петром, несущим весть о следующим за ним истинном лидере, каким должен, по его мнению, стать Николай Ставрогин. Молодой красавец-аристократ, интеллектуал Ставрогин описан Достоевским как обворожительный демон, язвительный Мефистофель, под мрачное очарование которого подпадают не только все, без исключения, встреченные им женщины, но и молодые люди, преклоняющиеся перед его идеями. Это и Шатов, предназначенный Верховенским на роль очистительной жертвы, и Кириллов, в ум которого Ставрогин вложил идею самоубийства, и Федька-каторжник, послушно предугадывающий его невысказанные желания. Это инфернальный духовный поработитель, который всасывает в себя души адептов, лишая их воли и распоряжаясь их жизнями.
Прототипы имеют и другие персонажи романа. Например, в облике писателя Кармазинова современники безошибочно узнали зло шаржированный портрет Ивана Тургенева, о котором Достоевский всегда отзывался очень резко, считая его позёром, озабоченным только тем, как он выглядит в глазах общества. Достоевский спародировал даже внешность Тургенева и его слишком высокий для человека его роста и комплекции голос. Этот персонаж не играет большой роли в сюжете романа, поэтому в экранизациях и инсценировках мы обычно его не видим.
Впервые в творчестве Достоевского действие происходит не в столице, а в маленьком провинциальном городке, в котором угадывается Тверь. Спокойное существование городка оказывается взбаламучено приездом двух молодых людей – Петра Верховенского и Николая Ставрогина – долгое время проведших за границей и преследующих каждый свои цели, которые до времени скрыты от окружающих персонажей и от читателя. Россия в романе «Бесы» пребывает в апокалиптическом состоянии. Персонажи живут в каком-то фиктивном, ненастоящем мире, они занимаются бесконечным обсуждением идей, но никто не работает. Созидательная деятельность здесь кажется невозможной. Кириллову, который работает над проектом моста, Верховенский говорит: «Не дадут тебе построить твой мост!» Каждое событие тут имеет свою изнанку, переворачивающую его смысл. Помолвка оборачивается скандалом, бал заканчивается пожаром. Здесь нет положительных персонажей, нет счастливых семей, а рождающиеся младенцы умирают, что указывает на то, что этот мир лишён будущего. Извращены и намерения людей. Ставрогин, который вроде приезжает для того, чтобы опубликовать свою исповедь, в которой он признаётся в своих ужасных поступках, на самом деле не раскаивается в содеянном, а красуется своими грехами.
Роман «Бесы», прозвучавший грозным пророчеством, является исследованием болезни русской души. Эпиграфом к роману служат строки из стихотворения Пушкина «Бесы» и слова евангельской легенды о бесах, которых Христос изгнал из человеческих душ, вселив их в стадо взбесившихся свиней. Достоевский надеялся, что русская общественность поймёт его зловещую аллегорию, и одержимых радикалов постигнет судьба Ставрогина. Однако это предупреждение было оценено только после смерти писателя и последовавшего вскоре убийства террористами Александра II, а особенно после 1917 года и событий Гражданской войны. Уже после Второй мировой войны, ужасов Холокоста и ГУЛАГ’а русский философ Николай Бердяев писал, что «Бесы» – роман, написанный не о современном Достоевскому времени, а о будущем. Сегодня он продолжает быть актуальным, о чём свидетельствуют многочисленные инсценировки и экранизации романа, о которых мы поговорим в следующий раз.
Роман «Бесы» не так часто переносился на театральные подмостки и на экраны, как «Преступление и наказание», но всё же за последние десятилетия было создано несколько значительных адаптаций «Бесов». Этому, возможно, способствовала внутренняя театральность, присущая прозе Достоевского, где большое значение имеют яркие диалоги персонажей.
В 1913 году соратник Станиславского, Владимир Немирович-Данченко поставил на сцене Московского Художественного Театра спектакль «Николай Ставрогин», против которого резко выступал Максим Горький, считавший, что проповедь со сцены болезненных идей Достоевского может только ещё больше расстроить и без того нездоровые нервы общества. Горький, разделявший идеи большевиков, называл Достоевского злым гением и великим мучителем, изобразившим садистическую жестокость разочарованного нигилиста, наслаждающегося своими страданиями. За спектакль заступился философ Сергей Булгаков, который назвал «Бесов» трагедией русской души. В ситуации разгула революционного террора, после провокаций Азефа и Гапона постановка прозвучала очень актуально. Как писали критики, «в остром, напряжённом, угловатом и смутном» спектакле был создан образ бесовского кошмара. Вопреки замыслу режиссёра, главным героем спектакля стал не Николай Ставрогин, которого сыграл великий драматический актёр Василий Качалов, а Пётр Верховенский в исполнении Ивана Берсенева. По отзывам современников, Берсенев играл спутника Ставрогина, как его влюблённую и пакостную тень, наделил своего персонажа суетливой жестикуляцией, вертлявостью, лихорадочно мелкими гримасками. Позже такую нарочито шаржированную трактовку образа Петра Верховенского использовали многие исполнители этой роли. Обратила на себя внимание зрителей и подчёркнуто аскетическое визуальное оформление спектакля, созданное художником группы «Мир искусства» Мстиславом Добужинским, автором книжных иллюстраций к произведениям Достоевского.
Первой киноадаптацией романа стал снятый в 1915 году фильм знаменитого русского режиссёра Якова Протазанова, который также, как и спектакль МХТ, был назван именем главного героя – «Николай Ставрогин». Фильм не сохранился, и остались только отзывы современников, рассказывавших, что исполнитель роли Ставрогина, любимый актёр Протазанова, Иван Мозжухин создал трагический образ русского Фауста, размышляющего о философских проблемах добра и зла.
Как и «Преступление и наказание» и другие романы Достоевского, действие «Бесов» нередко переносили в современность, подчёркивая тем самым вневременной характер этих текстов. Одной из самых знаменитых инсценировок «Бесов» является пьеса Альбера Камю «Одержимые» («Les Possédés»), поставленная им в 1959 году в театре «Antoine». Дело в том, что не существует адекватного перевода русского слова «бесы» на европейские языки. Его передают как «демоны», либо как «одержимые», что намного точнее, поскольку речь у Достоевского идёт не о сверхъестественных духах, а именно об дьявольской одержимости злом. Эта постановка стала последним завершённым трудом Альбера Камю, который с юности интересовался творчеством Достоевского и признавался, что чтение его романов, в особенности «Бесов», сформировало его мировоззрение. Роман Достоевского в очередной раз прозвучал очень актуально, поскольку в это время в Алжире, на родине писателя, рвались бомбы, а Франция балансировала на грани гражданской войны. Пьеса была показана не только на сцене театра «Антуан», но и в других французских городах, а также на сцене венецианского театра «Фениче», а позже, уже после смерти Камю, с успехом исполнялась на многих европейских сценах.
В Польше «Одержимые» Альбера Камю поставил Анджей Вайда, и эта постановка продержалась на сцене 15 лет. В 1988 году Вайда перенёс эту пьесу на киноэкран. В этой экранизации играли такие замечательные актёры, как Омар Шариф и Изабель Юппер (Isabelle Huppert), а роль Ставрогина исполнил Ламбер Вильсон (Lambert Wilson), которого многие помнят по роли Меровингена из культовой «Матрицы». В его инфернальном исполнении Ставрогин выглядит настоящим исчадьем ада, выходцем из преисподней. А в 2004 году на сцене «Школы современной пьесы» пьесу Камю «Одержимые» поставил известный российский тележурналист, автор многих телепроектов Александр Гордон.
Заметным событием театральной жизни была постановка новой интерпретации «Бесов» Юрием Любимовым на сцене Московского театра имени Вахтангова в 2012 году.
Неоднократно к роману «Бесы» обращались в последние годы и кинорежиссёры. Вольным прочтением «Бесов», был снятый 1967 году и получивший специальный приз жюри Каннского кинофестиваля фильм Жана-Люка Годара «Китаянка» («La Chinoise»), рассказывающий о группе французских студентов, изучающих учение Мао Цзэдуна.
В 1992 году экранизацию романа «Бесы» создал Игорь Таланкин. В исполнении Андрея Руденского Ставрогин ассоциировался с образом Печорина – мрачного мизантропа, разочаровавшегося в человечестве.
В 2006 году по мотивам романа был снят шестисерийный сериал, где Ставрогина сыграл Юрий Колокольников, придавшего своему герою черты одиночки-циника, глубоко презирающего пустоту окружающей его обывательской жизни. Их дуэт с Евгением Стычкиным, сыгравшим Петра Верховенского, напоминает комическую пару Пата и Паташона. Низенький Верховенский, как мелкий чертёнок, вертится вокруг почти в два раза более высокого Ставрогина, кривляясь и постоянно вскакивая на столы, чтобы казаться повыше.
В 2014 году, чуть раньше сериала, который мы с вами сегодня досматриваем, был снят фильм, в котором была использована лишь одна сюжетная линия романа, связанная с убийством Шатова. Евгений Ткачук, который в сериале исполняет роль Шатова, тут сыграл Петра Верховенского. Действие этой экспрессионистической фантазии происходит в разрушенном заброшенном здании, очевидно, символизирующем распад общества, в котором возникают подобные человеческие типы. Верховенский в экстравагантном исполнении Евгения Ткачука выглядит настоящим сумасшедшим, вываливающимся из реальности в условное пространство чистого бреда.
Сериал Владимира Хотиненко является последней на сегодняшний день экранизацией романа Достоевского «Бесы». Владимир Хотиненко стал знаменит после своего фильма «Зеркало для героя» 1987 года, условная ситуация которого предлагала зрителю поразмышлять о нашем отношении к прошлому страны. Об истории России режиссёр продолжает размышлять в формате сериала: «Гибель империи» (2005), «Демон революции» (2017). «Бесы» – это не первое обращение Хотиненко к фигуре Достоевского. В 2011 году режиссёр снял сериал «Достоевский», в котором роль писателя исполнил Евгений Миронов.
Хотиненко ввёл в сюжет «Бесов» фигуру следователя Горемыкина, который пытается разобраться в том, что же, собственно, стало истинной причиной стольких смертей в мирном до этого провинциальном городке. Его спокойный, взвешенный взгляд на вещи соответствует точке зрения современного зрителя, находящегося на известной дистанции от происходящих событий. Этот приём выглядит очень естественно, поскольку детективный элемент часто присутствует в прозе Достоевского. Введение единственного положительного персонажа в прекрасном исполнении Сергея Маковецкого подчёркивает отвратительность остальных героев этой истории. Однако этот не захваченный всеобщим безумием человек смертельно болен – мы несколько раз видим, как он кашляет кровью. Эта деталь выглядит дополнительным указанием на обречённость этого вымороченного, безумного мира.
Другим нововведением, которое Хотиненко включил в структуру действия, является увлечение Ставрогина бабочками. Поначалу кажется, что такое красивое хобби, ассоциирующееся с Владимиром Набоковым и его трогательными, не приспособленными к жизни персонажами, резко диссонирует с образом презрительного мизантропа, не ставящего в грош человеческие жизни. Однако позже мы понимаем, что, ловя и коллекционируя насекомых, Ставрогин любуется не изяществом рисунка на их крылышках, а смакует их отвратительность при грандиозном увеличении под микроскопом, словно стремясь доказать самому себе, что всякая красота скрывает уродство. Окружающих его людей он накалывает на булавки и препарирует с тем же гадливым любопытством, как и пойманных мотыльков. В предсмертной записке Ставрогин называет самого себя подлым насекомым, которое нужно смести с лица земли. Этот двойственный образ обманчивой красоты, скрывающей мерзость, Хотиненко выносит на титры каждой серии, приглашая зрителя задуматься над дихотомией внешнего и внутреннего.
Хотиненко добавляет к «Бесам» странный шокирующий финал: околдованная очарованием Ставрогина Даша оказывается в Швейцарии вместе с Петром Верховенским, который, очевидно, помогает ей воспитывать маленького сына их бывшего кумира. Для Достоевского было важно, чтобы всё, связанное со Ставрогиным было уничтожено, поэтому вешается он сам и умирает его сын, которого рожает жена Шатова. Таким образом Достоевский хотел показать обречённость такого дьявольского пути. Хотиненко же, увидевший эту историю с другой исторической перспективы, демонстрирует нам, что разрушительная деятельность русских радикальных нигилистов дала свои плоды. Маленький Николаша прячет в обшлагах своей курточки ту самую булавку, на которою его отец накалывал своих бабочек. Возможно, этот ребёнок, воспитанный фанатиком, лишённым всяких нравственных принципов, станет видным революционером следующей кровавой эпохи.
«Бесы» (Россия, 2014, 4 серии). По одноимённому роману Фёдора Достоевского. Режиссёр Владимир Хотиненко. В ролях: Максим Матвеев, Антон Шагин, Сергей Маковецкий, Надежда Маркина, Игорь Костолевский, Владимир Зайцев, Александр Галибин, Мария Шалаева, Евгений Ткачук, Иванна Петрова, Мария Луговая, Фёдор Лавров.
«Бесы» (Россия, 2014). По фрагменту романа Фёдора Достоевского «Бесы». Режиссёр Роман Шаляпин. В ролях: Евгений Ткачук, Нина Лощилина, Александр Алябьев, Олег Соколов, Александр Сазонов, Андрей Щипанов, Евгений Матвеев, Роман Шаляпин.
«Бесы» (Россия, 2006, 6 серий). По одноимённому роману Фёдора Достоевского. Автор сценария Павел Финн, режиссёры Валерий Ахадов, Геннадий Карюк. В ролях: Юрий Колокольников, Евгений Стычкин, Владимир Вдовиченков, Ирина Купченко, Леонид Мозговой, Инга Оболдина, Александр Гришин.
Моя синематека 